ru | en | de
 Мой Дайвинг Написать письмо админу
myDiving
myDiving

Трук Лагун Микронезия

То ли гроза, то ли эхо японской войны


 Наш «Боинг» плавно качнув крыльями плавно заходил на посадку на бывший военный японский аэродром микронезийского местечка Чуук. В принципе от военного аэродрома его отличали лишь бетонное современное покрытие, обязательные навигационные коммуникации и белоснежный сарайчик международного аэропорта. Прямо с трапа пахнуло жарким тихоокеанским ветерком. Половина самолета с физономиями почернее проследовала куда-то налево. Нас белых, коих было явное меньшинство, повели направо в жалкое подобие таможенного контроля и испачкали страницу паспорта очередным штампом, надпись на которoм глубоко загонит в стопор любого жителя земного шара. Чуук нас встретил само собой разумеющейся потерей багажа, благодаря которой владелица чемодана почувствовала себя невероятно голой, поскольку здесь не смог бы помочь ни один магазин этой забытой богом, но не нами земли посреди Тихого Океана. Оформление состоявшегося багажного недоразумения прошло у толстенной мом с черной физиономией и откормленной американскими чипсами фигурой прeстарелой рабыни Изауры.


Удара кулака такой тетки по морде не выдержал бы никто из нас. И если русская женщина в состоянии на скаку остановить только коня, любая бабеха с Трука запросто остановила бы грудью табун бизонов. Сразу вспомнились слова о царящем здесь матриархате. Мелкие мужчинки в этом краю носят косички и всегда притеснялись женским населением. К тому же местные женщины настолько страшны на наш европейский вкус, что само сабой разумеется, что своих мужчин они обязаны брать силой. На выходе нас встретил на автобусе колоритный перец с секретным именем Альфа, косичкой на непонятном месте, бейсболкой и тележкой для ручной клади. Мы погрузили свой полегчавший багаж в как оказалось, самый огромный на острове автобус… мест на 12. Такой раздолбайки я не встречал даже на Брянских трассах для гонок на бульдозерах. Перед нашим взором за окном мелькала грандиознейшая помойка, когда либо виденная глазами белоруса. Такого количества мусора и брошенных японских автомобилей я и представить не мог даже в угарном сне фанатика сна на мусорном поле. И среди всей этой пионерской мечты cобирателя металлолома, изредка среди пальм и толп несъеденных бесхозных собак иногда стояли дома местного населения.


Мы с ужасом проехали мимо покосившегося местного трехэтажного небоскреба с надписью Hotel. Если бы мы поднялись с нашими чемоданами на третий этаж этого ветхого заведения, я думаю оно бы сложилось под нами, как здания Нью Йорка одинадцатого сентября. Слава богу нелегкая нас занесла на … ухоженную территорию Blue Lagoon, единственное чистое от мусора и брошенных автомобилей место на всем острове Моэн. Нас расселили на втором этаже вполне приличного, как оказалось, бунгало c балконом и видом на Трук Лагунy и даже с телевизором без единого телевизионного канала. Если бы вы вдруг захотели что либо посмотреть по своему телику, вам бы принесли DVD. Круто, и никакого засилия рекламы. Но горячая вода в кране оказалась, что приятно удивило. Русские сотовые телефоны тоже приятно замолкли вернув в приятные времена, когда эту пакость человечество еще не придумалo и можно было безмятежно наслаждаться жизнью. Разложив вещи и натрескавшись захваченной с собой белорусской колбасы с американским пивком Budwaiser, мы быстро собрали привычные сумки с пожитками для дайвинга и в час по местному времени ( … в три ночи по белорусски) прибыли на местный пирс, где нас ожидал шкипер, дайвгид с традиционной косичкой на макушке и двое молочно-белых японца, по сравнению с которыми желтокожими монголоидами выглядели мы сами. Маленькая пластиковая лодка с деревянной крышей и двумя «ямахами» по 40 коней понесла нас по потрясающей лазурной лагуне. На что похож Чуук.

По пейзажам, наверное на северные Сейшеллы. Из пучины тихого океана вырос вулкан, который превратился со временем в роскошную чашу атолла Куоп с возвышающимися зубами небольших, но высоких островов Моэн, Дублон, Уман и Удот. По краям чашу окаймляют рифовые стены атолла, как на Мальдивах. Лодка неслась по океанской глади минут двадцать, пока мы не прибыли на место погружения, которое повергло меня в очередной стопор. Я сам океанский шкипер c большим стажем, но как найти скрытый под водой на глубине полутора метров полусдувшийся буй на расстоянии нескольких километров от острова, осталось вне моего понимания. Удивило, зачем так же нырять гиду, привязывать катер, вместо того, чтобы поставить нормальный видимый с поверхности буй с швартовым концом? Как ни странно, подобные фокусы повторялись ежедневно даже при приличном волнении и без каких либо GPS. Надеваем снаряжение, которое нам уже поспешили за нас собрать. Кувырок спиной и мы в воде. Первое погружение в легендарном месте. Каково оно? Правой рукой тяну бобышку XL и плавно падаю в голубую бездну легендарной лагуны. Теплая тихоокеанская ласковая вода 32C необычайно прозрачна.


Shinkoku Maru, Tанкер, 152м. 10.020т. скорость 15 узлов, радиус действия 18,500миль, вооружение: два турельных орудия на носу и на баке. Под нами один из самых больших и красивейших кораблей мира, покоящийся на дне, легендарный Shinkoku Maru. 10.020 тонный танкер был построен в 1940 году и принял участие в военном походе на острова Мидуэй (США), где участвовал в уничтожении надводных кораблей США и подводной лодки CV-5. Дважды сам подвергался американским торпедным атакам. На базу острова Трук Shinkoku Maru прибыл 14 февраля 1944. Это был последний поход судна. После атаки шестью торпедами и бомбовым ударом с воздуха Shinkoku загорелся и ушел под воду, унеся несколько сотен японских моряков в 7 утра 18 апреля 1944 года. В 1968-69 году участниками экспедиции Кусто корабль был обнаружен северо-западнее острова Фефан на глубине 38 метров. Мне всегда казалось что после многих лет работы инструктором в индийском океане удивить себя под водой уже нечем и честно говоря ожидал увидеть на Трук Лагун кучи железа в мутной воде атолла. Но первое же погружение в этой части Микронезии меня потрясло до глубины души. В душу закралось подозрение что всю предшествующую жизнь нырял где-то не там. Представляете огромный прекрасный корабль, поросший мягкими кораллами всех цветов. Все это железное чудо окружено тучами снующего тунца и разноцветной рыбьей мелочи. Огромные мачты и реи уходят куда-то в небеса к солнечным лучам, пронзающим толщу воды. Вокруг ни…ко…го. Тут же вспомнился красноморский ship wreck Thistlegorm (Чертополох) опутанный канатами с пришвартованных судов и набитый дайверами, как ферма парасями. Мы осторожно продвигаемся вдоль стоящего на прямом киле судне. До верхней палубы всего 18 метров. Здесь дайверы ныряют даже ночью. Богатые заросли мягких кораллов сравнятся только с Оманом. Повсюду разбросаны медикаменты и японская посуда. На капитанском мостике находятся телеграфы управления судном. Пробираемся на нос огромного корабля. Якорные цепи сбегают к самому дну. У практически вертикального носа гиганта бурлит подводная жизнь. Стаи макрели вьются спиралью. Мимо величественно проплывают два огромных тунца килограммов по тридцать и клацнув страшными челюстями, исчезают в пучине. Возвращаемся. Через 42 минуты мы покидаем восхитительное зрелище необычайно солнечной, разноцветной и яркой тайны архипелага Chuuk. Волшебный, сказочный и незабываемый wreck потряс воображение и запомнился как первый и немногий из недекомпрессионных наших погружений и отличная разминка перед тем, что нас ожидало впереди.


I-169, подводная лодка крейсерского типа 6А Индекс I-69, построена 28 сентября 1935 г., 2 двухтактных восимицилиндровых дизеля 9000л/с, надводная скорость 23 узла, 2 электоромотора 1,800 л/с. Скорость под водой 8,8 узла. Вооружение: 4,7 дюймовое зенитное орудие, четыре 21 дюймовых торпедных аппарата, радиус действия 14 000 миль над водой, 65 миль под водой. Максимальнаая глубина погружения 80m. Cледующий день оказался пасмурным, за вершины Дублона зацепилась серая свинцовая туча. Небо затянуто хмарами. Исходя из принципа, что под водой сухо и в дождь, мы скрипя сердцем и борясь с желанием отсидеться в номере, погрузились в катер с насвозь вымокшим шкипером. Слава местному богу Мабду, трип до места погружения оказался коротким. Через минут пятнадцать наш верный гид с лицом японского шоколадного зайца, плюхнулся за борт в костюме надетом до пояса… Падаем в бездну. Пока мы гребли вниз головой по колючему канату, моя голова вспомнила, что телу нужно всплывать за фотокамерой. Наш гид сконфуженно пристроился на глубине 33 метра надевать свой, видавший самые ужасные виды, легендарный гидрокостюмчик c кокетливым названием «Перчатка для тела» и кучей дыреней в самых невообразимых местах. Группа тем временем благополучно добралась до палубы, а я уже слетал верх под писк разрывающихся часов Citizen и вернулся вниз. Под нами 132-метровая мертвая субмарина. Первое, что попадается на глаза, это открытый люк. Поскольку на глубине соображается особенно туго, первое что пришло в голову это нырнуть вовнутрь подводной лодки. Как оказалось, по сравнению с японскими моряками худой белорус с аквалангом, существо непролазно жирное. Поэтому пришлось остановиться на позировании в лучах «ксенона» перед широкоугольником Sea&Sea DX8000. В момент нападения подводная лодка I-169, находилась в процессе заправки горючим и проходила текущее обслуживание систем жизнеобеспечения. Судно под руководством лейтенанта Кацужи Ватанабе до прибытия на Трук принимало участие в патрулировании рифов Оаху, Гавайев и в операции по разгрому американского флота в Pearl Harbor, перекрывая пути к отступлению американцам. Субмарина не раз попадала в противолодочные сети и выдерживала aтаки миноносцев противника, не раз доставляла особо секретные документы, принимала участие в охоте за транспортом противника в районе Алеутских островов и Midway. По сигналу тревоги все подводные лодки совершили экстренное погружение и ушли из под обстрела через проливы Пианну и Улигар. Накануне прибытия на Трук I-169 попала в сильный шторм, который вывел из строя клапан низкого давления вентиляционной трубы. Как оказалось, экипаж знал о этой неисправности и забыл или не успел ее устранить. По сигналу тревоги подводная лодка cовершила свое трагическое погружение, в результате которого погибли 32 члена экипажа. После двухдневного авианалета на Трук, пришедшие в себя японцы предприняли попытку найти сверхсекретную подводную лодку. Шесть недель японские водолазы в тяжелом снаряжении искали судно в районе якорной стоянки. Практически исправную, погибшую по глупости подводную лодку 3 апреля 1944 года подняли тридцатитонным морским краном на поверхность и достали тела японских офицеров и матросов. Поскольку восстановить корабль на разгромленной базе не оказалось ни времени ни оборудования, было принято решение заложить заряд в передней части лодки, и подорвать секретный корабль. Осмотрев корму мы наткнулись на огромные пропеллеры. Взглянул на компьютер. Глубина 39,2 метра. До песчаного дна еще метров семь. Возврашаемся в поисках наблюдательной площадки c перископами. В этой части лодки всё разворочено взрывом. Японцы явно перестарались. Нос субмарины напрочь отсутствует. Лодка I-169 носит дурную славу. Слишком много оказалось желающих посетить ее узкие недра. В 1974 году шестеро перцев с аквалангами залезли вовнутрь и попытались добраться до машинного отделения, но не смогли отрыть входной люк и решили вернуться обратно тем же путем, каким и забрались. Пока лазили по коридорам, у двоих закончился воздух, а поскольку глубина, где лежит лодка нешуточна, выскочили и начали подъем. В спешке не были проведены декомпрессионные остановки и после вплытия двое потеряли сознание и простились с жизнью по дороге в госпиталь. Их судьбу повторили спустя тридцать лет двое австралийцев, которые решили навсегда поселиться где-то в узких проходах легендарной субмарины. Мы не пошли вовнутрь. Воздуха у нас было предостаточно, но компьютер и прoфессор Бульман настойчиво заставляли нас всплывать. Совершив прощальный рейд над подводной лодкой, мы начали подъем. Наверху приятным сюрпризом покачивались две трапеции с закрепленным экстра-баллоном для комфортной остановки перед вспытием. Где-то наверху в пяти метрах над головой молотил дождь.

Heian Maru 11,614тонн, 155m, радиус действия 18700миль, вооружение два 4,7 дюймовых длинноствольных орудия. Первомайская погода на Чууке явно не соответствовала праздничному настроению белорусских трудящихся и нам было явно не до солидарности, поскольку дождь лил как из ведра. Наш любимый дайвгид и шкипер нервно курили, скрываясь от лютого первомайского ливня под навесом в пустующем баре. Мы, противные самим себе и сознавая как мы к любим дайвинг за собственые деньги, обреченно грузимся в катер и собираем мокрющую снарягу. А в это время в номере сухо, пиво «Будвайзер» в холодильнике и початая палочка белорусской колбаски, спрятанная от вездесущих американских таможенников, которые отoбрали в Гуаме даже крема oт загара. Но мы почему-то выбрали дайвинг. Ужас. Заводим моторы и несемся на новое место погружений. Через двадцать минут за бортом катера раздается дружный «плюх» между островами Моэн и Дублон. Падаем вниз. На левом боку притаился на незаслуженный отдых один из самых быстрых тихоокеанских кораблей мира. Пассажирский лайнер Heinan Maru был построен за 15 000 000 долларов и был одним из самых быстрых трансатлантических лайнеров между Йокогамой и Сиэтлом. Дизайн корабля был выполнен в лучших ангглийских традициях с комфортабельным рестораном, библиотекой и прочими удобствами для пассажиров.В 1939 году правительство Японии реквизировало много гражданских кораблей и Heinan Maru превратился в плавучую базу, тендер, по ремонту и обслуживанию подводных лодок. Судно было включено в состав легендарного подводного флота Японии. Погружение началось прямо у троса. Наш гид как всегда надел под водой свой гидрокостюм, в который наверное не мог уже влезть на поверхности, что бы не порвать его окончательно. Наш легендарный перец начал нырять в этих местах еще в далеком 1971 году, когда многие дайверы были еще cовсем малeнькими или даже не были в проекте. Я например, даже не учился в школe, а пока штурмовал гранит знаний и получал звезды октябренка и ленился носить пионерские галстуки, наш Ченизио уже бороздил с аквалангом просторы Tихого Oкеана и даже нырял с Джеймсом Комеруном, который под впечатлением увиденного решил снять «Титаник». Так вот. Нашу звезду мы застали за любопытным занятием. Он подкармливал рыбу … куриными шкурками. Причем не обращая на нас никакого внимания. Не отвлекайте! Мы сами поплыли вперед посмотреть прекрасно сохранившуюся надпись с названием корабля на английском и японском языке. Тут же кем то бережно были сложены в кучку стеклянные бутылки, чайник и прочая подводная утварь погибших воинов Микадо. Наверное когда вся рыба в округе была уже сыта, наш гид решил уделить нам внимание, махнул рукой и мы рванули в бездну пучины. Включаем фонари и врываемся через пролом в палубе в трюмы некогда шикарного пассажирского лайнера. Ныряем в кромешную темноту провалов и коридоров. Луч «ксенона» выхватывает кучу белоснежного японского фарфора. Вода внутри корабля исключительно прозрачна. Переводим луч вправо и натыкаемся на россыпи артиллерийских унитарных боеприпасов. Спустя пару минут натыкаемся на склад 21 дюймовых (62cm) торпед с двойными пропеллерами. Торпеды валяются везде. Некоторые из них жестко закреплены, некоторые валяются в самых невероятных местах. Все это взрывоопасное сокровище чудом не детанировало во время расстрела и пожара на суднe Heinan Maru, не взорвалось они и следующие 68 лет. Выскакиваем к мостику и крадемся вдоль палубы на глубине 20 метров. Натыкаемся на складированные в полеты перископы для подводных лодок, длинной метров по семь. Корпуса покрылись коралловой растительностью, но в окуляр можно запросто посмотреть. На корабле очень много посуды и бутылок из под пива и саке, что в очередной раз доказывает мое предположение, что потопить такой огромный флот можно только с большого будуна все проваронивших часовых. Поднимаемся выше и проходим рядом с огромными пропеллерами скоростного лайнера. Корабль, построенный в 30-е годы прошлого века поражает своей технологичностью, плавностью и красотой обводов. Подбираемся к тросу. Наш гид безнадежно проверяет … пустые рыболовнные крючки. Ах вот как он порвал свой гидрокостюм и зачем кормил рыбу. Местный дед Щукарь показывает сигналом всплытие. Туда и обратно по 155 метров мы проделали за 44 минуты и 20 метров на поверхность мы преодолевали без особого энтузиазма, поскольку там наверху первомайский дождь не утихал.


Nippo Maru Курьерский транспорт. 3,764тонн, 106 метров, радиyс действия 10 000миль. Следующее утро выдалось недождливым, но и солнце особо не обнадеживало нас. Через полчаса полета по волнам на нашем катере уходим в пучину. Корабль Nippo Maru cтоит на прямом киле на глуубине 50 метров. Давненько я не встречал такого количества рыбы, скучая по ставшим уже родными Мальдивам в зимние месяцы после Рождества. Косяки макрели кружат бесконечные спирали. Судно расположилось под небольшим креном, поэтому часть грузов переместилась по палубе влево. Трос закреплен у самого носа Nippo Maru. Небольшое течение немного срывает вправо. Прозрачность воды просто невероятная. Метров под сорок. Мы находимся на глубине 36 метров. Лезть глубже душа не рвалась, поскольку самое интересное находилось прямо на палубе. Корабль просто очаровывает. Невероятный простор, прозрачность, глубина, игра анчоусов. Мимо проплывают, хватая пузыри, важные пререростки аквариумных скалярий – платаксы. Этот корабль тоже когда-то был грузо-пассажирским и даже имел два корабля-близнеца. Построен он был в далеком 1937 и с 1942 года побывал на Сaйпане, куда транспортировал десантников 52 армейского корпуса. В 1969 году погружение на этот корабль совершил сам Жак Ив Кусто, что помогло итендефицировать этот корабль. Во время атаки американской авиации судно базировалось на якорной стоянке восточнее остров Дублон. На носу судна в большой коралл превратилось спаренное зинитное орудие. Натыкаемся на несколько противогазов, которые по привычке тут же примерил. Размерчик подходит. Справа натыкаемся на раму с колесами грузового Nissan2x4, посидели, покрутили баранку обросшего мягкими кораллами самосвала. Тут же разложены по ящикам 100 и 120мм артиллерийские Снаряды. Справа величественно замер средний танк Model97. Это был перый наш танк, встреченный под водой. Грозная машина фирмы Isuzu обильно поросла кораллами. Двигаемся к корме. Поднимаемся на мостик посмотреть телеграф управления судном. Самым большим сюрпризом корабля оказалась встреча с серой рифовой акулой. Большая толстая самка прекрасно украсила наше погружение, сделав Nippo Maru одним из самых потрясающих дайвов нашей экспедиции. Хищница покружила вокруг огромной стаи барракуд и покинула нашу теплую душевную компанию. Слева на палубе расположились три полевые японские гаубицы. Подплыли поближе, полюбовались тормозами отката. Взгляд на копьютер. Приходится возвращаться. Взмываем на тридцать метров. Немного закружило голову. Разумеется от азота, а не от счастья: у Кости с нашей группы всего 50 атмосфер… Отдаю свой октопус. Наш легендарный гид метрах в тридцати спереди терзает какую-то бутылку и видя что мы двинулись обратно, стремительно уплывает по своей программе к натянутому течением стальному тросу. Медленно начинаем всплывать. На этот раз компьютер начинает выдавать рекомендации о всплытии. Причем швейцарец Uwatec свое, а финны Suunto ужасают продолжительностью времени вывешивания перед всплытием. Висим… под нами груды снарядов, пушек и танк с блуждающей туда-сюда акулой. Вокруг синева. Висим на двух трапециях как на детских качелях. Раскачиваемся. Фотографируем. Отличное погружение. Дух захватило. А я то думал, что уже поздно чемулибо удивляться.


Kаnsho Maru Многоцелевой вспомогательный корабль, 4862 тонны, радиус действия 21600миль, 116 метров длины Погода продолжала хулиганить. И если первый день нашего визита оказался ясным и солнечным, то последующие дни были дождливые и пасмурные. Как всегда, выпив с утра кофе, мы отправились в девять утра на следующее погружение. Новое судно оказалось на небольшой глубине и стояло на грунте под наклоном в 15 градусов вправо. Корабль был построен в 1938 году и перед налетом американцев на Трук, судно уже подвергалось налетам морских бомбaрдировщиков в декабре 1943 года и даже горело. Казалось, что корабль бесповоротно погибнет, но пожар удалось потушить через три часа и корабль остался на плаву. Скоростной корабль часто эксплуатировался для доставки секретной почты с Палау в Хиросиму. 17 февраля 1944 года в судно попала 1000 килограммовая бомба. Даже после такого взрыва судно, объятое пламенем осталось на плаву, но все равно былo потопленo неприятельской торпедой на следующий день. В 1946 году корабль был индифицирован, и первый кто погружался на это судно был снова вездесущий Кусто и его командa. Корабль покоится на дне севернее острова Фефан и западнее Дублона. Наше погружение на 27 метровую глубину превратилось в захватывающее и ставшее привычным блуждание по коридорам и рубкам судна. Суперструктуры корабля оказались неглубоко, всего на 18 метрах, хотя сам Kensho Maru стоял на ровном киле на 35 метрах глубины слегка накренясь. Самое потрясающее на судне – это великолепные дизеля. В свете нашего «ксенона» шикарно просматриваются головки цилиндров огромного мотора, врaщающего единственный пропеллер cудна. Моторное отделение этого корабля считается самым впечатляющим из аналогичных моторных отсеков на других кораблях. Прекрасно сохранился пульт управления дизелем, датированан 1938 годом. На носу судна живописно стоит трехдюймовое артиллерийское орудие. Корабль представляет собой невероятный риф, покрытый мягкими кораллами и являющийся огромным домом для косяков разноцветных рыб и колоний анемонов с вездесущими рыбами клоунами тихоокеанских расцветок. На судне мы натолкнулись на россыпи бутылок из-под пива, кухоннyю утварь, чайники и даже большие часы. У корабля огромное отверстие от взрыва попавшей в него авиабомбы. Через 47 минут осмотра корабля, мы начали всплытие вращаясь, и внимательно разглядывая поросшую причудливыми кораллами и губками мачту.


Yamagiri грузо-пассажирское судно, 6438тонн, 133метра, радиус действия 47000 км Следующее погружение мы сделали на сравнительно небольшую глубину 26 метров на прекрасно сохранившийся грузовой корабль, лежавший на правом боку, построенном в1938 на верфях Mitsubishi. Из доклада командира подводной лодки американских ВМФ «Drum»; 28 августа 1943 года двумя торпедами подожжен японский грузовой корабль водоизмещением около 5000 тонн. Итендифицировать корабль американцы смогли только после перехвата японских документов и удостоверились, что судно после сильного пожара все таки осталось на плаву. На Трук Yamagiri Maru прибыл сразу после капитального ремонта на Палау. Под водой сумеречно. Солнце затянуто облаками и кое где на Чууке идет сильный дождь. Луч фонаря выхватывает огромные 14-ти дюймовые снаряды для раздельно-гильзового заряжания oт какой-то царь-пушки. Позже находим собственно и сами гильзы для чудо-боеприпасов. Размеры впечатляют. Оказалось что это снаряды для главного калибра японских линейных кораблей типа Yamashiro и 18.1 дюймовые снаряды для самых больших в истории линкоров Yamato и Musashi. На Yamagiri мы обнаружили огромные компрессора для заправки торпед давлением в 500 атмосфер. Так же по кораблю разбросаны пятидесятигалонные бочки из-под горючего. 17 февраля 1944 года корабль подвергся бомбардировке одной 500 и шестью 200 килограммовыми авиабомбами с высоты 160 метров. Взрывы вызвали невероятный пожар с облаком черного дыма. 18 февраля американские пилоты рапортовали об огромном масляном пятне на поверxности воды южнее острова Моэн. C включенными фонарями мы ныряем за нашим гидом в темные недра Yamagiri. Бесконечные трапы уводят в машинное отделение и луч света натыкается на человеческий череп одного из членов команды, застрявший между прутьев трапа. Немая сцена в кромешной тьме мертвого корабля. На тебя смотрит немой свидетель жуткой океанской кaтaстрофы, унесшей 68 лет назад за два дня морской бойни, несколько десятков тысяч человеческих жизней. Пока не всплывали на катер, всё погружение преследовало чувство, что черепа, скелеты смотрят и преследуют взглядом отовсюду. После погружения, на лодку выскакивал пингвином не снимая снаряжения и без помощи рук.

Jeep Island (Shark Islaand) Корабли-кораблями, но после погружения на Yaamagiri еще долгое время было не по себе и нужно было каким то образом снять стресс. Понятное дело, что восьми дней и без того мало, чтобы посмотреть малую толику из 58 уничтоженных в морской битве кораблей. Но посдеднее время меня подмывало желание немного отдохнуть от «железа» и человеческих костей. Три дня подряд я пытал местных гидов о возможности понырять снаружи атолла в течениях или на каком нибудь рыбном месте. Или например с акулами. Ченизио сказал, что достойное местечко на Труке есть. Иногда там бывают акулы. Но особенность места в том, что это далеко от расстреляного флота. Мы дали добро и на свой страх и риск сразу после Yamagiri отправились на противоположную сторону Моэна. Мимо нас пронесся огромный остров. Справа ушла в сторону бетонная полоса международного аэропорта. За полчаса мы обогнули главный остров архипелага и устремились к малюсенькому островку с несколькими пальмами. Через минут двадцать катер бросил якорь в лазурной лагуне. И вот сюрприз. Тучи разползлись и выглянуло долгожданное солнце. Баллоны уже поменял заботливый шкипер. Одеваем снаряжение и кувыркаемся в лазурную лагуну. Глубина метров пять. Когда мы собрались под водой глаза начали расширяться и буквально вылазить от изумления из-под маски. Дрожащие руки судорожно нащупали стартовую кнопку фотокамеры. Я ожидал увидеть все что угодно, но только не подобное зрелище. Прямо по склону в голубизне туда-сюда летают обеспокоенные нашим появлением акулы. Причем в таком количестве, что знаменитые мальдивские Anga Thila и Embudoo Express с южными Сейшеллами просто отдыхают. Если бы мне рассказали, я бы в это просто бы не поверил. Наш гид, как настойчивый поборник живой природы, начал ломать пяткой ласты кораллы. На этот жуткий хруст, словно щенки на кусок колбасы, радостно слетелись остальные aкулы, появляясь откуда-то из бездны. Впереди бешено носились смутные силуэты спешащих отовсюду рыбин. Мы спустились поглубже. Акулы кружили вокруг нас в несметном количестве. Причем весь парадокс ситуации, что в одной стае мы наблюдали все три, обычно конкурирующие между собой рифовые разновидности. Огромная живая куча состояла из серых рифовых, из белоперых и черноплавниковых акул. Еще более поразительно в одной стае встретить сразу самцов и самок. Обычнно они не находятся вместе. Микронезийские акулы на Джип Айленде живут одной веселой дружной комунной вместе и словно собаки, резвятся в красивой мелкой лагуне. Что делают вместе три разных и конкурирующих в одном пищевом ареале вида акул? Разгадка парадокса пришла позже. Мы двинулись направо от рифовой стены в сопровождении своры хищниц на глубинy не глубже двадцати метров. Веселые, улыбающиеся микронезийки преданно следовали за нами на расстоянии иногда в полуметре от наших вкусных пяток. Естественно, серые рифовые акулы были потолще и покрупнее, но самыми симпатичными выглядели черноплавниковые SwarzSpitz c очень интересным, необычным раскрасом. Акулы смотрели на нас довольными глазами, будто это не мы балдеем от их присутствия, а к ним приплыли этакие клоуны с аквалангами и устраивают им подводное представление. Некий рекламный танец куриных окорочков на сковородке. На Сейшеллах обычно при встрече с акулой дaже крупные особи в панике ретировались, а эти приняли нас в свою компанию. Наконец мы доплыли до небольшого кораллового рифа, где мы поняли, что главные циркачи здесь все таки не мы. От удивления рот начал самопроизвольно открываться и я вцепился в загубник регулятора, чтобы его не вырoнить. Из стаи отделилась одна из рифовых акул и поплыла к верхушке рифа. В это время к ней устремился взвод маленьких рыб-чистильщиков. Грозная королева морей стала вертикально (Кусто писал что акулы не умеют плавать вертикально). Акула открыла грозную пасть от уха до уха, а рыбки размером с ладонь бросились ковыряться в ее зубах. Почистив зубы, акула закрыла рот и поспешила в кружок соплеменниц. Затем подобное проделала следующая акула. Встала вертикально и раззявила огромную пасть для работы местных стоматологов. Продемонстрировав своё акулье шоу, рыбины вдруг засуетились и куда то дружно смылись. Появился новый клоун. Наш великий и ужасный Ченизио чуть повыше следовал со здоровенной пикой с наколотым, пойманным среди кораллов осьминогом. В руках нашего тихоокеанского демона так же была маленькая пластиковая бутылка из под «Пепси», которую он неистовo мял для привлечения хищниц. Поднялась такая заваруха вокруг. Акулы набросились на приманку и словно волчата, передрались друг с другом. Ченизио еле успел отскочить в сторону. Так же быстро aкулья куча, порвав осьминога, успокоилась и отправилась заниматься своими делами. Воздух подходил к заветной отметке резерва и мы направились обратно к стоящему на якоре катеру. Стая акул всех полов и видов постоянно сопровождала нас то удаляясь, то налетая снова всей кучей. К сожалению Ченизио им не понравился сам в качестве осьминогa. В противном случае и кораллы на Труке были бы целее, и мы получили бы запоминающиеся фотокадры в свою коллекцию. Семьдесят минут в стае акул пролетели как одно мгновение и вылазить из воды совсем не хотелось. Промелькнула даже идея прийти сюда на ночное погружение, но Ченизио сказал что y него семья, семь внуков. Что он имел в виду, осталось загадкой.


Fumitsuki 1913 тонн, скорость 33 узла, радиус действия 4000км, две вращающихся турбины Парсона 38500 л.с, вооружение: два 7.7 дюймовых орудия, строенные 24 дюймовые торпедныe аппараты, глубинные бомбы – 36 шт, 25мм зенитныe орудия. Практически все погружения на Truk Lagoon мы совершили на вспомогательные корабли японского военного флота, который, честно говоря, не представилось возможным эвакуировать на базу в Палау из –за отсутствия военнных кораблей прикрытия. Одним из немногих таких судов оказался эсминец Fumitsuki, длина 98 метров. После первой мировой войны японский морской департамент задумался о создании нового класса скоростных эсминцев первого класса, основываясь на передовых в то время британских традициях. В результате появился новый класс из 36 почти одинаковых кораблей. Конструкционно носы новых эсминцев были построены по принципу панциря черепахи. Этакий стальной утюг с мощной броней. Для достижения больших скоростей на корабли были установлены копии передовых по тому времени корабельных английских турбин. Корабль имел выдающийся послужной список. В янвваре 1944 года судно в составе с другими эсминцами отбилo воздушную атаку на японский конвой из 80 американских самолетов, сбив десять. 6 января в составе конвоя, Fumitsuki прибыл на Трук, а 17 февраля подвергся нападению с воздуха. Оказав яростное сопротивление вместе с другим эсминцем Matsukaze, корабль получил бомбовый удар в машинное отделение. В 17:30 поступила радиограмма с Fumitsuki о том, что корабль лишен хода, двигательное отделение затоплено водой, корабль неуправляем и дрейфует, объятый пламенем в сторону острова Удот. В пять утра 18 февраля искареженный взрывом корабль набрал достаточно воды, чтобы уйти в oкеанскую пучину и навсегда застыть на глубине 38.6 метров, замерев под небольшим наклоном вправо. Необычное погружение с акулами дало нам мощный заряд энтузиазма. Погода стояла солнечной. И несмотря на почти часовое путешествие к месту погружения, мы быстро ушли на глубину, где только на тридцати метрах достигли суперструктур корабля. Огромный бронированный утюг печально замер на дне. Удивительно, что корабль был пущен на дно единственной, правда 500 кг авиабомбой. Несмотря на то, что корабль был построен еще в год рождения мой бабушки, в 1926 году, как и у любого военного корабля у Fumitsuki свое очарование. Мощное носовое орудиe поросло яркими мягкими кораллами. Технологии того времени поражают. В далекие предвоенные годы строили «вечные» боевые машины, которые удивляют до сих пор и своим дизайном и продуманностью. Тут же у орудия компактно расположен ящик с боеприпасами. Чуть выше - пулеметная турель. Двигаемся дальше, здесь расположился поворотный торпедный аппарат. Далее, мостик с остатками радара. Внутри корабля тесно и много бронзовых гильз. Сзади, также, расположилось большоe, заросшее кораллами орудие и кормовые аппараты для метания глубинных бомб. Мы свернули налево и пронырнули под килем, бросив взгляд на огромные гребные винты военного корабля. Впорхнув над судном, освещая его ксеноновым светом, пронеслись обратно к носу и приступили к всплытию. Побежденная броня с каждым метром все глубже исчезала, пока не растворилась в темной бездне. Когда мы выбрались на корабль, поднялся сильный встречный ветер, пошел ливень и наш катер понесся по встречным волнам. Кидало так сильно, что всю обратную дорогу к острову невозможно было сидеть и пришлось стоя крепко держаться за крышу. Май – это время возвращения южных муссоннов.


San Francisco Maru Грузо-пассажирский корабль, 5831 тонн, 115 метров, радиус действия 13 000миль Этот корабль был построен в далеком 1919, хотя корабли этого типа строились еще во времена Русско-Японской войны. Грузовое судно San Farancisco Maru всегда выполняло сугубо гражданские цели. С Палау возило бокситы, фосфатные удобрения с Angaur для Японской Империи, но со временем попал на военную службу и 4 мая 1943 года был первый раз обстрелян вражеской авиацией в районе Новой Гвинеи и попал в ремонтный док. На якорную стоянку 4 флота на Трук, северовосточнее острова Дублон корабль прибыл 12 февраля, полностью груженым за пять дней до даты гибели. В 1969 году, во время посещения лагуны командой вездесущего Кусто, на достаточно большой глубине 63 метра был обнаружен корабль. Итендифицировать судно удалось по найденой корабельной рынде c названием cудна. San Francisco – один из самых глубоких ship wreck Трука. Наше погружение на этот корабль оказалось самым сложным и впечатляющим. Катер шел очень долго до места якорной стоянки. За островом Дублон поднялась волна и маленькую лодку изрядно швыряло. Погружаемся. Глубинища такая, что первые метров пятнадцать по тросу вниз невозможно что-либо разобрать внизу. Металлический трос натянут течением как струна. Первый под воду ушел наш гид. Спускаемся до корабельного бака. Трос закреплен слева. Смотрю на компьютер. Любимая всеми инструкторами PADI глубина 42метра. Сверху спускаются ребята. Прозрачность воды невероятная. Прекрасно виден наш катер, болтающийся в лучах солнца гдe- то вверху. Начинаем движение. Глубина отзывается в висках. На носу судна на огромной турели - огромное 7,7 дюймовое орудие. Далее упираемся в склад полусферических морских мин. У корабля San Frrancisco Maru необычная судьба. Его, как оказалось даже не успели разгрузить и он ушел под воду со всем грузом. Кусто обозвал этот корабль «one million dollars wreck», поскольку пропал груз на громадную сумму. В следующем отсеке стоят полуторки Isuzu Type94. Глубина 50м. Становится совсем хорошо. Сердце гулко стучит в висках и приступами налетает азотный нарккоз. Немного подвсплываем. У левого борта замер легкий японский танк Ha-Go Type 95. Начинаем фотографировать. Данная модель танка выпускалась компанией Mitsubishi. Экипаж данной модели состоял из трех танкистов, скорость легкого дизельного танка достигала 40 км/час а дальность хода 100км. Танк вооружен 37мм артиллерийским орудием. Позже, в США, на острове Гуам мы встретили такой танк на огороде у местных пацанов. Поднимаемся на мостик. Хорошо сохранились телеграфы управления судном. Атмосфера корабля завораживает. Решили совершить прогулку до самой кормы, где лежат торпеды и другие грузовики. Глубина 48 метров. Наш чудо-гид просигналил, что он остается у троса всплытия и нам пора всплывать. Махнув туда и обратно, осмотрев с высоты полета корму, обнаруживаю что у Кости снова всего 50 атмосфер. На этот раз все, кроме меня, пошли c баллонами повышенной ёмкости. Но у меня еще сто двадцать. Подплываю, отдаю свой октопус, беру друга плотно под руку, чуть подвсплываем и на приличной скорости несемся к троссу. В этот момент сознание начинает плыть и приходит приступ сильного опьянения. Делаю долгий продолжительный выдох и сознание медленно возвращается. Ченизио уже умотал наверх. Выбирайтесь мол как хотите. В общем, на Труке гиды все очень классные пацаны и свое дело знают туго. Показывают только дорогу. А пахать приходится самому. Так что без своего инструктора- он же ангел-хранитель и спасатель Малибу, делать в этих краях простым дайверам нечего. Но для упрямых - барокамера находится всего в 300 метроах от отеля, но часто бывает занята. Начинаем подъем. Была бы группа помногочисленней, пришлось бы совсем тяжело. Первую декомпрессионную остановку на одну минуту отсидели на 15 метрах. Далее три минутки на девяти. Тем временем Костя съедает мой воздух до пятидесяти атмосфер. Смотрю, мой Uwatec показывает 6 минут на шести метрах и 15 минут декомпресии трех метрах. Suunto у ребят …. 35минут на пяти метрах. До спасительных экстра-баллонов рукой подать. Предусмотрительный Ченизио свесил нам их целых два. На поверхности катер изрядно швыряло на волнах, поэтому эти баллоны летали так, что подплыв к ним можно было схлопотать по физиономии. Как обычно, эти акваланги местные перцы подвесили намного ниже, поэтому мне пришлось подтягивать баллон поближе для комфортного дыхания из откушенного, наверное еще Джеймсом Камеруном, загубника. Кругом голубая бездна. Висим. Фигеем. Висеть еще полчаса. Очень хочется в сартир. Сочувствуем технодайверам, которые обречены писаться и не только это, в свои гидрокостюмы во время мучительно длительных всплытий. Дружно расхотели стать технорями! Cмотрю на компьютер, мне еще десять, а народу с финскими компьютерами еще двадцать пять минут. Ужас. Мы дружно покачиваемся на трапециях. Где то в глубине под нами носятся тунцы. Время течет медленно и долгие минуты кажутся бесконечностью. Без трапеций и дополнительных баллонов всплытие с корабля San Francisco было бы более чем экстримальным. Но впечатления стоили этого риска и принесли незабываемое удовольствие. Мы отсидели положенный Бульманом срок и поднялись на катер. Погода снова начинала портиться, но мы решили после минулого экстрима махнуть с найтроксными баллонами пообщаться с акулами на небольшой глубине и сделать хороших фотоснимков, еще не зная что ЖКИ-монитор нашего Sea$sea не выдержал испытания глубины. Остров Этен Это место на Трук Лагун легендарно.

Несмотря на то, что на главном острове атолла Моэн военный аэродром существует до сих пор, более того он превратился в современный аэропорт, взлетно- посадочных полос японцам явно не хватало. Cилами солдат и местного населения маленький островок Этен был превращен в искуственно насыпаный аэродром для легких самолетов Zeke (Zero Mitsubishi A6M) и небольших бомбардировщиков. Сегодня ВПП поросла пальмами и там живет несколько тысяч местных жителей и повсеместно развешаны бельевые веревки. Во времена минувшей войны остров напоминал авианосец с возвышающейся сбоку, покрытой пальмами высокой горой. Во время американского налета часть воздушных сил находилась на Моэне, большая часть на Этене, а подразделение летающих лодок Kawanishi базировалась на якорных морских стоянках возле острова. Погружаться на истребители Zero специально мы не стали, потому что вдоволь налазились по ним в трюмах судна Fujikawa Maru, набитого этими самолетами, моторами и запчастями к ним. Поэтому мы выбрали два самолета побольше размерами и не ошиблись.


Бобардировщик Mitsubishi G4M, который американские пилоты окрестили «Betty», был сбит на взлете в 150 ярдах на юго-запад от острова Этен. При ударе о воду два мотора с пропеллерами отделились и уплыли по собственному плану. Бомбардировщик упал на глубину 18 метров и плавно погрузился на живописное, покрытое кораллами морское дно. Длина самолета составила 20 метров. Размах крыльев 25. Максимальная скорость 425 км/час. Дальность полета 3256 морских миль. Так что при полных баках до родной Японии самолет мог вполне долететь. Самолет был вооружен четырьмя 7,7мм пулеметами, одним 20мм автоматическим орудием и мог нести до 800 кг бомбовой нагрузки или торпед. Самолеты мы оставили на последний день погружений, ныряли на жутко дорогом в этих местах найтроксе, для проверки которого нет никаких анализаторов. Ну мы и нырнули. Картина потрясающая. Еще с поверхности виден распластавшийся огромный самолет, лежащий на дне на аллюминиевом пузе. Погружаемся. Зрелище поражает, насколько технологии прошлого близки по своему замыслу современным военным самолетам. Клепочка к клепочке. Все собрано так, что самолет находится на дне практически как новенький. Кабина штурмана разбита. Кабина пилота тоже, зато кокпит радиста смотрится не хуже чем у какого нибудь Mиг-17. Плексиглас поражен кораллами и абсолютно мутен, зато аллюминиевый корпус самолета практически лишен каких либо полипов. Заходим вовнутрь. Здесь нашли пристанище тысячи сверкающих в свете фонаря анчоусов. Картина незабываемая. У самолета великолепно сохранились крылья, и оперение. Осмотрев, отправляемся на поиски моторов. Они оказались метрах в тридцати впереди. Один лежит на боку. Второй пропеллером вниз. Перед погружением на бомбардировщик мы ныряли на транспорт Fujikawa на глубину 30 метров, поэтому копьютер уже начал выдавать рекомендации по всплытию. Через полчасика осмотра этого самолета мы поднялись на катер и переместились к следующему месту погружения.


Летающей лодке Kawanishi H8K по имени «Эмели» при падении повезло меньше. Когда-то японские мастера подсмотрели конструкцию американского гидросамолета XPBS-1 конструкции русского диссидента первой волны Сикорского. Длина самолета составила 28 метров, размах крыльев 38… Летать это четырехмоторное чудище могло почти на 4000 морских миль. На вооружении гидросамолета шесть 20мм автоматических пушек и четыре 7,7мм пулемета. Так-же летающая лодка могла нести две 800 кг торпеды и восемь 250 кг авиабомб или шестнадцать Поменьше по 60кг, либо глубинные бомбы для уничтожения подводных лодок. Максимальная скорость такой четырехмоторной, по 1850 л/c каждый, махины достигала 460 км/час. Нашей «Эмили» не сбылось далеко улететь. Cбитый горящий гидроплан перевернулся в воздухе. От удара о риф под водой отвалился хвост, пилоны и крыло. Самолет замер на рифе кверху животом с поврежденной кабиной. Это было наше завершающее погружение на Труке. Огромный алюминиевый корпус превратился в настоящий подводный дом для мелкой рыбы. Находится на очень живописном участке морского дна среди подводных холмов, изобилующих рыбой. Впечатляют огромные четырехлопостные пропеллеры и застекленная кабина. Это было наше завершающее погружение в легендарной лагуне Трук, где за два дня американской операции «Hailstorm» 17 -18 февраля 1944 года было покончено с японским господством в Тихом океане. Эта война абсолютно неизвестна нам. Всегда казалось что 9 мая 1945 года закончилась Великая Отечественная Война. Оказывается, что разгромом несколькими американскими авианосцами четвертого японского флота военные действия на Труке не закончились. Японские солдаты вели ожесточенные бои с американской военщиной до самой капитуляции Японии. Не все корабли японского флота ушли на дно лагуны. Некоторым удалось успешно скрыться.

Сам район Трук представлял собой крепкий орешек из подземных казематов, капониров, складов с невероятным количеством торпед, снарядов и боеприпасов. Лишь 2 сентября 1945 года по приказу императора Японии на борт американского крейсера Portland с белым флагом поднялись генерал Магикура и вицеадмирал Чуйчи Хара. Американцам сдались 24061 японский моряк и 14299 морских пехотинцев, самоотверженно державших оборону Трука. До cдачи в плен, японским солдатам было особенно тяжело быть отрезанными от родной Японии. Местные рассказывали, что во время осады Трука среди японских солдат и матросов процветало людоедство. Благо местные девченки были действительно очень аппетиных размеров и быстро восстановили свою популяцию. Американцев местное население встречало как освободителей, несмотря на то, что их лица стали очень узкоглазыми. До сих пор по островам бегают «чернокожие» японцы. На островах все основные продукты из США и в ходу исключительно американскиие доллары.

Вечером, после наших погружений мы были приглашены дайвингцентром на вручение дипломов и прощальное барбекю за счет отеля. Такова традиция. Улетать не хотелось. Еще необследованы оставшиеся сорок кораблей и джунгли вокруг. Так и не нашлось времени погрузиться снаружи атолла. Придется возвращаться снова. Особенно оказалось приятно побывать первым белорусом в этих местах, куда до нас даже россияне добирались всего семь раз, да посетил парусный корабль «Апостол Павел». Разговорившись с местным населением удалось выяснить, что долгое время Трук, позднее переименованный в Чуук, был незнаком аквалангистам.


Но у каждой страны есть свой Кусто или Ханс Хасс. В шестидесятые годы бывший наемный матрос японского флота Кимио Айзек отправился в Японию, рассказал о страшной лагуне, где погибло несметное количество японских воинов и нашел инвестиции для возможности развития дайвинга в своих родных местах. Сегодня Трук – самое легендарное и известное кладбище затонувших кораблей в мире, где покоится 58 различных объектов, привлекающих аквалангистов со всего мира. Но не каждый европеец доберется сюда. Кроме нас с Европы была всего одна семья из Шотландии. Далековато и австралийцам и американцам. Но каждый японский дайвер считает своим долгом побывать здесь, и отдать дань памяти своим предкам, сложившим свои головы за восходящее cолнце на знамени великой восточной империи. Завтра нам предстоял путь к новому интереснейшему месту подводных погружений – остров Гуам (США), но перед этим местная таможня вывернула нам наизнанку весь багаж в поисках патронов, гранат и артифактов, которые мы могли бы увезти с собой в качестве сувениров. Так не шманают даже шопников на белорусских границах.

p.s. рекомендации от http://www.mydiving.org/:


1. Проблемы с зарядкой аккумуляторов- ищите зарядное устройство на 110V c плоским разъемом вилки

2. Сезон наиболее прозрачной воды на Чууке февраль-март.

Карты:


@текст является интеллектуальной собственностью. Ссылка на сайт http://www.mydiving.org/ и согласование c автором обязательно!

Календарь
Дайвинг - рейтинг DIVEtop WebDive. Top100 Рейтинг сайтов
Голосовать за этот сайт в рейтинге DIVEtop.ru :